Назад на обложку

 

Николай Рерих

 

Дягилев

Сергея Павловича мы любили. Он совершал большое русское дело. Творил широкие пути русского искусства. Всё, что делалось, было своевременно и несло славу русского народа далеко по всему свету. С годами можно лишь убеждаться, насколько работа Дягилева была верна. Как всё верное и нужное, эта работа была особенно трудною. Сколько вражды и наветов окружало всё, что слагалось Дягилевым и «Миром Искусства». Но и в самые трудные часы Дягилев не падал духом. У него хватало природной стойкости, чтобы одиноко, на своих плечах, выносить и разрешать самые запутанные положения. Санин рассказывал, как однажды в Париже театру Дягилева грозила почти неминуемая гибель. Но никто из участников даже не заметил и малейшего признака опасности. Узнали лишь, когда театр был спасён. Много таких побед!

Весь «Мир Искусства», журнал, портретная выставка, балет, опера, – всё это легко теперь перечислять, но трудно измерить, какая бездна энергии потребовалась для каждого из этих дел. Много доброжелательства выказал Дягилев во всех житейских встречах.

Наши отношения начались с конкурсной выставки 1897 года. В «Новостях» Дягилев отметил моего «Гонца». Затем он очень хотел получить для Парижской выставки 1900 года «Поход», но картина была уже отдана на академическую выставку. После, в 1903 г. Дягилев приехал к нам на Галерную и пригласил на выставку «Мира Искусства» в Москву. Увидев ещё не оконченный, по моему мнению, «Город строят», Дягилев взял с меня обещание, что ничего более изменять в картине не буду. Эта московская выставка дала большие следствия. Следующая наша встреча была на почве театра в 1906 году. «Половецкий стан» (Шатёр Грозного), «Игорь» и в 1913 году «Весна Священная». Уже в Лондон в 1920 году Дягилев прислал мне телеграмму-привет о пятисотенном представлении «Половецкого стана». Не знаю, где находится мой занавес к «Китежу», – он был принят превосходно. Где занавес Серова? – ведь это была капитальная вещь! Неужели мыши съедят?

Последний раз мы виделись в Лондоне в 1920 году. Обсуждали с Бичамом «Царь Салтан», «Садко»... Но Бичам впал в банкротство и проект развалился. С радостью следили мы, как Дягилев через все трудности преуспевал. Теперь его имя уже обозначает большие русские победы.

 

1937

 

 

Ваши комментарии к этой статье

 

№61 дата публикации: 04.03.2015