Грани Эпохи

этико-философский журнал №83 / Осень 2020

Читателям Содержание Архив Выход

Ольга Ерёмина

 

Записки экскурсовода

Часть 3

Часть 1, часть 2.

 

Тульские непряники

Неожиданно пришлось провести обзорную экскурсию по Туле.

Основные тезисы:

– только в Туле девушки говорят, задумчиво глядя в окно: «Какой дождь сегодня крупнокалиберный!»;

– только в Туле магазин головных уборов носит название «Беретта»;

– только в Туле эмблемой пединститута служит танк.

 

Пульс

Микроавтобус. Везу из Калязина группу медицинских работников – медсестёр, санитарок психо-неврологического диспансера. Они на Волге на островах гуляли. Все хорошо выпили под уху и рыбные пироги. Одна дама сильно с претензиями.

Ехать долго. Сначала в автобусе гомонили, потом призаснули.

Ближе к Москве в салоне какое-то шевеление.

– Пульса нет!

– та самая, что всем недовольна.

– Дышит!

– Нет, – –

 

Иван Коржев

Люблю рассказывать историю про то, как возила однажды в Хмелиту и Вязьму скульптора Ивана Коржева, его друга и их жён.

В Хмелите, музее-усадьбе Грибоедова, – царские дубы. Могучие, раскидистые, величественные. Короче, все самые превосходные эпитеты – к ним.

Как воспринимает мир скульптор? Душа его на кончиках пальцев. Иван, казалось, ощупал каждую складку на коре дуба. Потом он сел на толстенное бревно, что лежало вдоль тропинки напротив дуба, и – созерцал. Десять минут, двадцать, тридцать, сорок. Молча.

Лето в разгаре. Солнце в зените. А в парке – прохладно. Птицы не поют – изнемогли. Всё зреет и наливается. А Иван Коржев смотрит на дубы.

Потом я стала его теребить: Иван, пойдём, там ещё ясень Иггдрасиль есть. Мировое древо. В Ясной Поляне дивные ясени (кстати, мне кажется, местные сотрудники не понимают их прелести и не ценят по достоинству). Но тут особый – рельефный, фактурный, толстенный. Одна туристка у меня была, рунолог, так она его обнимала – а потом мне говорит:

– Он помнит…

Я ошеломлённо:

– Кого?

– Сашу…

Грибоедова-то ведь тоже Александром Сергеичем звали…

Так вот, тащу Коржева к ясеню. Он растёт на берегу среднего пруда. По берегам пруда – дивный дух от таволги вязолистной, цветёт валериана – розовые соцветья. Иван находит свою скамейку против ясеня, его друг садится рядом – и ещё 40 минут они молча смотрят на перистые узоры листьев на фоне голубого неба, вдыхают запах валерианы и читают историю мира по коре исполина.

Потом я всё же подвигаю их на то, чтобы дойти до мостков на пруду, полюбоваться видами. Иван говорит:

– Сюда бы (называет чету известных художников-пейзажистов). Они бы эти пруды написали и так, и эдак.

А накануне мы были в Вязьме – и Иван так же смотрел на Одигитрию – до тех пор, пока Солнце не село…

С тех пор, когда мне приходится спешить и подгонять туристов, я всегда вспоминаю Ивана Коржева – как он созерцал дубы.

 

Духовный голод

3 января 2019 года днём очередь в Третьяковку (в несколько слоёв) доходила почти до Большой Ордынки. Когда я шла мимо вечером, очередь кончалась у памятника Шмелёву. После новогодней пищи телесной в народе проснулся духовный голод.

 

Виноват навигатор!

Есть водители, которые давно работают в туризме и быстро находят общий язык с экскурсоводом. Есть те, которые попали на маршрут случайно. Среди таких встречаются товарищи, которые вообще не воспринимают экскурсоводов за авторитет. Не слушают, ворчат и делают что попало. Потом мы о таких сообщаем менеджеру, но это потом. А вот что бывает.

Едем из Спаса-на-Угре. От резванского поворота в Мстихине надо налево. Там всего 5 км до Киевского шоссе – и по прямой до Москвы. Не заблудишься. Только два раза остановиться придётся: между Калугой и Малоярославцем Киевка дважды перегорожена: на федеральной трассе почему-то устроены пункты отъёма денег у населения. То есть участок федералки вдруг почему-то является платным. И никаких объездов.

Итак, выезжаем в Мстихино. Я говорю водителю: налево. Он поворачивает направо. Молча. Я думаю: да, поворот неудобный, вот чуть ниже – там развернёмся. Но он проезжает мимо.

Я говорю:

– Хорошо, у поворота на Калугу-2 будет круговое движение, поворачиваем – и назад.

Он молчит и едет куда-то дальше. Я чуть не кричу:

– Мужик! Там Калуга! Нам туда не надо!!! Нам надо в Москву.

Он молчит! Туристы слышат – и начинают волноваться, шептаться. Наконец поворачивает – но не туда. Попадаем на просёлочную дорогу. После десяти минут езды по каким-то закоулкам я разъярённо спрашиваю:

– Зачем Вы сюда поехали?

Он наконец пробурчал:

– Сюда навигатор повёл.

Я возмущена:

– В баню навигатор! Меня слушать надо!

Водитель молчит. Разворачиваться отказывается. Мы заехали в какой-то тупик. Навигатор почему-то перестал работать. Склады, брёвна, два фонаря. Повернули назад. Там тоже тупик. Разворачиваемся. Водитель выходит на шоссе, останавливает чудом встретившуюся машину, спрашивает дорогу. Потом он спрашивал дорогу ещё два раза! Мы проезжали какие-то железнодорожные переезды, лесные массивы, заборы, стройки. Желание было одно: выехать наконец на Киевское шоссе.

Спустя час блуждания в потёмках мы наконец попали на Киевку. Потом этот шофёр с Киевского шоссе пытался ещё раз свернуть в сторону! Я поняла, что навигатор ведёт его в объезд пункта оплаты с прибавлением сорока лишних километров по всяким просёлкам. Хотя я ему сказала русским по белому: едем по платке.

Хорошо, что больше я этого водителя не встречала.

 

Здравствуй, страна!

На новогодней экскурсии по ночной Москве у меня в автобусе были туристы из многих подмосковных городов, а ещё из Рязани, Уфы, Казани, Севастополя, Воронежа и Южно-Сахалинска! Вместе с певицей Еленой Егоровой мы чувствовали большую ответственность перед всей Россией. Показали самое красивое: в полночь Воробьёвы горы со смотровой площадкой и фейерверками, потом Парк Горького (как раз посмотрели салют – стреляли с дебаркадера, прямо с воды), покатались по набережным вдоль парка Зарядье и мимо Кремля. Закончили на Кропоткинской. Желающие пошли ещё на Патриарший мост. Пели много и дружно. Под «Чёрного кота» народ даже взялся танцевать в проходе автобуса. Отработали на совесть. Ну, здравствуй, страна!

 

Спировский остров

7 сентября. Волга. Спировский остров.

У туристов – развлекательная фольклорная программа. Танцуют все!

Я ушла по берегу в сторону – до заводи.

Горячие стволы сосен. Нагретые Солнцем мостки. Ярко-зелёная стена тростника по сторонам. Солнечный зайчики пляшут в заводи. Побултыхала ногами в Волге, стащила блузку, загораю.

 

Пётр и Феврония

Почти на каждой экскурсии туристы мои заводят речь о Петре и Февронии. Я неизменно говорю, что это литературные персонажи. «А как же мощи?» – спрашивают меня. Отвечаю так: Гиляровский описывал, как в Москве продавали во множестве частички Гроба Господня. Щепочки в ларцах. А в реальности Гроб Господень – каменный.

 

Пулохма

8 сентября 2019 года. Годеново (граница Ярославской и Ивановской областей). Грунтовка. Когда-то здесь были поля, сейчас молодые сосны и берёзы-самосевки рядами – как когда-то шла пашня. Родное. По тракторным рытвинам добрела до речки Пулохмы. Омочила бебрян рукав. Пулохма впадает в Сару, Сара – в Неро. Все мы – «чудь начудила и меря намерила».

А природа тихо сходила с ума: багровели листья черёмухи и гроздья рябины, цвели одновременно лютики и кульбаба, горец змеиный и зверобой. «Когда ударит в ноздри запах зверобоя, когда ворвётся свет в глаза...» Но тихо, лишь берёзовая поросль сухо шелестит листвой под знойным ветром.

 

Пилигримы

После очередной экскурсии в Годеново задумалась: почему дорога идёт через болото? Проследила направление старых дорог от Петровска на Погост Крест. Наши предки ходили проще и логичнее, не через болота, а по вершинкам, по водоразделам. От Петровска – на Перово, затем на Рюмниково – на высоком берегу над чистейшим озером, потом на Осоево и Будилово – которых сейчас нет, дорога обходила с севера обширное болото, затем через речку Пухлому – на Годеново, оттуда напрямки на Захарово (современная дорога делает круг прямо по болоту), от Захарова плавной дугой через бугры – на Антушково. Там и Погост Крест. Красиво, логично, прочно.

Современную дорогу кто-то додумался кинуть через болото – вот её и разбивает постоянно. Деревни, что стояли вдоль старой, брошенной дороги, – погибли. А новых на болоте на наросло. И откуда им там взяться? Гиблое место.

Я иду по старой дороге, разбитой тракторами, что возят охотников на угодья. Звучат в сознании строки Николая Рубцова:

Всё облака над ней, всё облака...

В пыли веков, мгновенны и незримы,

Идут по ней, как прежде, пилигримы,

И машет им прощальная рука.

 

Под соусом

На экскурсии в Малоярославец, где креветочная ферма, купила я наконец и себе домой креветок. Раньше никогда их не готовила, и дома мы их не ели. Решила так 23 февраля отметить.

Вернулась не очень поздно и с волнением взялась за готовку. К креветкам прилагался рецепт соуса. У нас с дочкой не было примерно трети нужных ингридиентов (их там больше десяти), но мы смело смешали те, что есть. Получилось, как выражается моя дочь, бомбически. С трепетом выкладывала этих тварей на сковородку, помня совет повара: как начнут белеть, переворачивай. Больше двух-трёх минут держать их нельзя. Даже руки дрожали от волнения. Креветки были небольшие, юниоры, как их называют на ферме, в среднем 10 см длины. Румяные получились, перламутром отливают. Красота! Съели их вместе с бомбическим соусом. Не пережарили. Вкусные оказались, исключительно нежные.

Дорогие мои друзья-мужчины, с праздником!

 

Из материалов к пособию «Как самим создавать себе трудности»

Едем из Калязина. Ещё до Сергиева Посада не добрались. Пробка начинается в долине задолго до села Иудино. То селу тянемся битый час. А я знаю, из-за чего пробка, и от этого тоскливо. За Иудино – укатанные в асфальт ржавые рельсы. Но! Перед ними стоит знак «Стоп»! И там любит делать засаду местное ГБДД. Ну и что, что по этим рельсам лет двадцать никто не ездит. Знак же есть! И даже когда ГБДД нет, то все послушно останавливаются.

Мои туристки – радикальны. Рассуждают: если бы мы жили здесь, мы бы ночью пришли и знак отодрали. Водитель качает головой: ну Иудино же! Что с него возьмёшь!

 

Кузнецы

В Богородицком селе было – две улицы – Подгорица и Нагорица. Нет его сейчас. Посёлок городского типа – не село. Огромная гидроаккумулирующая электростанция на речке Кунье.

От старого села осталась фабрика деревянной игрушки, на которой работают всего три-четыре мастера, и музей при фабрике. В музее туристы с радостью смотря на игрушки – глаза загораются, детская радость на лицах от встречи с резными и расписными фигурками. Когда экскурсовод показывает движение игрушек на разводах, все вскрикивают от неожиданности. Стремятся погладить, потрогать. Купила себе кузнецов – мужика с медведем на планках. Гостям своим даю поиграть – всем нравится.

 

Пользуясь страстями

Лето наступило неотвратимо и неизбежно.

По дороге в Ясную Поляну рассказывала туристам про связь философии Шопенгауэра с идеями Толстого.

5 октября 1881 года Лев Толстой, побывав в Москве, записал в своём дневнике:

«Вонь, камни, роскошь, нищета. Разврат. Собрались злодеи, ограбившие народ, набрали солдат, судей, чтобы оберегать их оргию. И пируют. Народу больше нечего делать, как, пользуясь страстями этих людей, выманивать у них назад награбленное».

Что-то изменилось?

 

Продолжение следует

 

 


№82 дата публикации: 08.06.2020

 

Оцените публикацию: feedback

 

Вернуться к началу страницы: settings_backup_restore

 

 

 

Редакция

Редакция этико-философского журнала «Грани эпохи» рада видеть Вас среди наших читателей и...

Приложения

Каталог картин Рерихов
Академия
Платон - Мыслитель

 

Материалы с пометкой рубрики и именем автора присылайте по адресу:
ethics@narod.ru или editors@yandex.ru

 

Subscribe.Ru

Этико-философский журнал
"Грани эпохи"

Подписаться письмом

 

Agni-Yoga Top Sites

copyright © грани эпохи 2000 - 2020