Грани Эпохи

этико-философский журнал №83 / Осень 2020

Читателям Содержание Архив Выход

Владимир Калуцкий,

член Союза писателей России

 

Хлебом единым

Сколько общаюсь с ветеранами Великой Отечественной войны, столько поражаюсь – какая же каждый из них, что называется – вещь в себе. Я вот знаю Ивана Максимовича Рубцова с моего детства, много раз у него брал интервью. Кажется, уже историю его боевых наград знаю больше, чем сам фронтовик. А вот – поди ты – иногда откроется с такой стороны, что ахнешь.

Нынче сидим за садовым столиком, говорим о больном, об Украине. Правнук, четырёхлетний Максимка, на скамейке рядом – болтает ногой, дразнит щенка. Я знаю – Иван Максимович во внуке души не чает, часто на закорках носит по городскому парку.

– Я ж Украину освобождал, – вспоминает он с болью. – Да и какая это заграница? Там же русского солдата полегло – в три наката!

Максимка кинул щенку кусок хлеба. И неожиданно резко, так, что испугался даже я, Иван Максимович влепил любимцу сильный подзатыльник. Малыш зашёлся в крике.

Иван Максимович недоумённо поглядел на ладонь, которой бил, и пересадил внука на колено:

– Извини, брат, не сдержался. Но это же хлеб!

И – уже мне:

– У нас во взводе был рядовой Предтеченский, из духовных. Хороший был солдат, храбрый. Так не поверишь – он на хлеб молился!

– Как это? – не понял я.

– Да так! У нас там икон да крестиков не допускалось. Мы даже на могилу креста не могли поставить – хоронили ребят без отпевания. Пока не появился Предтеченский.

Так он ставил перед собой на пенёк ли, на бруствер, или у осколка зеркала, где все брились, кусок хлеба. И на него молился.

А после и отпевать покойников стал с хлебом. Да ты не поверишь – вошли мы в город Самбор. А там в развалинах баба рожает. Так он и роды принял, и младенца окрестил через хлеб.

Что ты! Я с тех пор к хлебу отношусь, как к живому. Может – потому я и уцелел, что тоже на горбушку молился. Рядовой Предтеченский научил. А там без молитвы было страшно, даже самым старшим замполитам.

– И что – солдату не запрещали?

– Дык что запрещать? Человек над краюшкой бормочет перед боем – кому мешает? Абы труса не праздновал, а наш взвод геройский был. Может – через почитание хлеба нам и везло. Я вот прошёл до Праги, и ни одного ранения.

Он погладил притихшего Максимку по голове и укорил:

– А ты хлеб – щенку. Вот я и не сдержался. А хлеб, брат ты мой – это, может, сам Бог. Ну, ступай, кинь щенку косточку... Да ты (это он уже мне) наливочку пробуй, своя она, из домашней рябины. Я не пью – сжёг желудок ещё тогда, в Германии. Как Предтеченского хоронили, то в помин пили какую-то дрянь из трофейной цистерны. Многие сгорели нутром. С тех пор и не пью.

А на могилке тогда оставили стакан шнапса и прикрыли кусочком хлеба.

 

 


№73 дата публикации: 05.03.2018

 

Оцените публикацию: feedback

 

Вернуться к началу страницы: settings_backup_restore

 

 

 

Редакция

Редакция этико-философского журнала «Грани эпохи» рада видеть Вас среди наших читателей и...

Приложения

Каталог картин Рерихов
Академия
Платон - Мыслитель

 

Материалы с пометкой рубрики и именем автора присылайте по адресу:
ethics@narod.ru или editors@yandex.ru

 

Subscribe.Ru

Этико-философский журнал
"Грани эпохи"

Подписаться письмом

 

Agni-Yoga Top Sites

copyright © грани эпохи 2000 - 2020