Грани Эпохи

этико-философский журнал №83 / Осень 2020

Читателям Содержание Архив Выход

Ева Райт

 

РАССКАЗЫ

Светлый понедельник

... и вот однажды в сиянии утра я вижу ангела. Он стоит спиной к окну, но, кажется, нисколько не заслоняет света. Жданный, желанный, он пришёл... Но что же я?

Моя душа – маленькая девочка в красном платьице – подбегает к столу и с тарелки, на которой празднично высится пасхальный кулич, берёт крашенку. Зажав её в кулачке, она так же порывисто спешит к ангелу и, приблизившись, вкладывает свой дар в сложенные лодочкой руки. Замкнув яйцо в ладонях, ангел прижимает их к сердцу – дар принят.

Я медлю... Вот сейчас... сейчас соберу букет лучших чувств – из чистых восторгов, из молитвенных обращений, из самоотверженный стремлений – и поднесу их Прекрасному... Поток чистого света, готовый поднять меня над обыденным, прерывает мысль стыда: ведь Он, прокладывающий нити жизни в самых разных условиях, был ко мне бесконечно милосерден; Он не предложил мне чутко ступать над пропастью, подобно канатоходцу, и не проложил нить жизни среди скал грозных опасностей; Он уложил её на прочное основание в мирном беспечальном месте и сказал: «Иди прямо! Я с тобою всегда». Но шла ли я прямо? Нет. Я помню свои прыжки вокруг да около, помню, как уходила земля из-под ног, как мерк свет... Как подойду к Твоему вестнику, если так небрежно распорядилась Твоим щедрым даром?..

Под бременем тягостных мыслей я закрываю глаза, а когда открываю их снова...

 

Глаза его лучились любовью, обволакивали сердце, открывали в нём радостное приятие окружающего – дивной чистоты высокого неба, превосходного, поистине райского, сада, милых и приветливых людей, которые вместе со мной ожидали, что им скажет дивный юноша в белых одеждах.

– Ну что ж, друзья, давайте поднимемся на первую площадку, – предложил ангел и стал легко восходить по лестнице, ведущей на вершину горы. Широкие её ступени по центру были разделены каскадом падающей вуалью воды, а по сторонам богатым ковром легли растительные узоры с простой, но безупречно правильной геометрией.

Одним махом одолели мы подъём в двадцать ступеней и остановились, готовые внимать речам нашего водителя. Однако то, о чём он заговорил, опрокинуло чаши восторженности.

– Друзья мои, кто из вас убивал человека, поднимите руки...

Мы были немы, недвижны и крайне озадачены: разве среди нас могли быть такие? И, правда, никто не поднял руки.

– А было ли с вами такое, что, наблюдая сцены убийства, вы относились к происходящему одобрительно?

Один мужчина неуверенно потянул руку вверх, и я подумала: а ведь бывало, что я чувствовала удовлетворение, когда видела в кино, как правые с оружием в руках побеждали неправых... Нашлись и другие, которые так же, как и я, честно оценили свои чувства и подняли руку – их было немного. Все прочие недоуменно переглядываясь, выжидали. И тогда ангел сказал:

– Убивая человека или мысленно поддерживая убийство, мы бросаем в океан жизни отравленный камень. Волны от его падения расходятся по всему океану, отравляя его. Знайте, убивая одного человека, вы убиваете всё человечество.

На глаза навернулись слёзы: как же трудно лицом к лицу встретиться со своей нехорошестью!

– Пусть те, кто поднял руки, идут теперь по одну сторону каскада, а мы пойдём за тобой по другую, – обратилась к ангелу одна из «праведных».

– Если никто не против, давайте сделаем так, – согласился он.

Но уже на следующей остановке нелепость такого разделения стала очевидной, ибо здесь ангел попросил ответствовать тех, кто хотя бы раз в жизни солгал.

После признания себя убийцей, мне было уже не страшно подтвердить использование мной обмана как средства достижения своих целей. Странно, но признавшиеся вновь оказались в меньшинстве. Лишь тогда, когда ангел сказал, что не только отравляющие океан жизни ложью повинны, но и те, кто, слыша её, не противятся ей, число поднятых рук умножилось. Меня потянуло посмотреть в глаза тех, кто был уверен в своей исключительной правдивости, но из них поблизости оказалась только пожилая женщина, которая не так давно предлагала нам разделиться на группы. К сожалению, она была в тёмных очках, и мне так и не довелось узнать, сознательно ли она шла на обман или же была по-детски невежественна.

Продолжая подъём среди калейдоскопа зелени разных оттенков, украшенной голубыми, белыми и оранжевыми цветами, я размышляла об откровенности природы. В ней нет ничего лживого, она бесхитростна со времён своего возникновения и по сей час. Но человек настолько удалился от изначальной разумности матери-жизни, что даже помимо воли порой вынужден лгать, хотя бы из чувства самосохранения. Оправдывает ли это меня? Думаю, нет.

На третьей остановке ангел напомнил о недопустимости осуждения. Мужчина, который в начале нашего похода первым поднял руку, поинтересовался у него, как относиться к самоосуждению.

Недалеко от подножия лестницы росло молодое дерево. Показав на него, ангел сказал:

– Мудрый садовник, заметив, что ствол дерева искривляется, привяжет его к прочной опоре – он не станет выпрямлять его с помощью топора.

Не подходите к человеку с топором – ни к себе, ни к кому другому.

Дерево, предохранённое от искривления, постепенно выровняется. Так и человек, чью деятельность ограничивают законы матери-жизни, со временем научится себя вести и перестанет давать повод для неодобрения.

Женщина в очках недоумённо хмыкнула:

– Если бы мы ждали, пока человека научит жизнь, человечество бы самоуничтожилось – все мы не безгрешны.

– Пожалуй, – улыбнулся ангел. – Полагаю, вас спасает то, что зло вы творите не одновременно. Представьте человека каплей в океане и вообразите, что ударится она о берег, только будучи в составе очередной волны. Другие капли, находящиеся вдали от берега, только до времени будут охранены от удара. Но когда-то настанет их черёд...

Подъём на следующую площадку затянулся: молодёжь спешила вперёд, люди в возрасте шли с отставанием. Отстала и я, засмотревшись на игру двух мотыльков. Белые и голубые крылышки трепетали, перемещая бабочек в разные стороны, но при этом расстояние между ними было неизменным, словно их соединяла невидимая нить. Каково же было моё удивление, когда в продолжение беседы ангел заговорил о привязанностях. Все мы дружно подняли руки, признаваясь в том, что имеем в жизни что-то такое, без чего не мыслим её. И тогда для преодоления следующих пятидесяти ступеней наш вожатый предложил разбиться на пары, где более энергичный ходок вёл бы за руку отстающего.

Моим помощником оказался худенький паренёк в чёрной майке. Несмотря на худобу, он рьяно тащил меня наверх, лишь изредка позволяя перевести дух. Я видела его досаду, когда наверху он обнаружил, что мы пришли вторыми, и поспешила извиниться, но в ответ он лишь пожал плечами и отвернулся.

Когда все, наконец, были в сборе, ангел сказал:

– Привязанности прочными энергетическими нитями приковывают вас к предмету вашего обожания – к человеку, животному или вещи... В случае их потери, эта зависимость превращает вашу жизнь в трагедию. Но потери неминуемы... И тем более вы лишитесь всего, что вам дорого ныне, после вашей смерти.

– А любовь? Любовь – это тоже привязанность, – зазвучал высокий женский голос.

– Любовь и привязанность – две стороны одной вещи, только в одном случае мы видим её лицо, а в другом она вывернута наизнанку – нам остаётся только догадываться о яркости её окраски, о её рисунке или фасоне – одним словом, в ней нет ни красоты, ни гармонии.

Да, нить любви прочна, как и нить привязанности, но исходящая из сердца, она достаточно эластична, позволяя объекту любви отдаляться и даже теряться, но при том всегда оставляя надежду на встречу и сердечную взаимность. Нити привязанностей – порождения ума, – напротив, жестки. Любовь дарит свободу, привязанность обрекает на болезненную зависимость.

Впереди вас ждёт ещё более длинный переход без остановки, потому я вновь предлагаю разбиться на пары. Только теперь прошу, даже настоятельно рекомендую, составить пары только по взаимному желанию.

Пар образовалось совсем мало. Мальчик в чёрной майке, видимо не оставляя надежду на лидерство, выбрал вместо меня сухопарого, седовласого мужчину, отчего мне стало немного обидно. Отвернувшись от него, я тут же встретилась глазами с ангелом. Он ласково глядел на меня и, как будто ко мне одной, говорил:

– Не стоит привязываться также и к тому, что не имеет формы, – к будущему результату ваших трудов, к любым ожиданиям или к тому, что было с вами в прошлом. Это всё равно, что идти с головой, обращённой только вперёд или повёрнутой назад, пренебрегая возможностями, которые появляются на пути.

И меньше всего стоит связывать своё движение к цели с мнением окружающих. Ваше настроение не должно зависеть от того, что думают о вас люди. Даже неодобрение друзей – не повод для расстройства.

– Ну вот, я в полном порядке, – стряхнула я с себя остатки огорчения. – Вместо того, чтобы киснуть, дай-ка и я попробую кому-нибудь помочь.

Подвинувшись к женщине в тёмных очках, я взяла её за руку, но она её сразу же высвободила. Было отрадно, что поведение моей соседки меня ничуть не задело, однако недоумение в моём взгляде не могло укрыться от неё.

– А ты посмотри на себя и на меня, – усмехнулась женщина, – я в два раза шире тебя буду.

– Ну и что? Давайте хотя бы попробуем, – я решительно взяла её за руку и потянула за собой, чтобы поспеть за остальными, уже одолевшими первые ступени.

Полдороги мы прошли относительно спокойно, но потом мне начало казаться, что я волоку за собой невероятную тяжесть, как тогда, в детстве, когда во время сбора металлолома, я пыталась дотащить до школьного двора чугунную батарею. Может быть потому, что на палящем солнце так тяжело пульсировала кровь и перед глазами то и дело возникали огненные вспышки, я не сразу обратила внимание на слова, которые всплыли в уме. Лишь повторившись, они обрели смысл:

– Не бери на себя чужую ношу, не удлиняй своего пути.

Поражённая, я остановилась, замотала головой... в глазах потемнело и мне пришлось опуститься на колени... Однако, очнувшись, я была не менее поражена окружавшей меня темнотой: над головой открытой бездной чернело небо, испещрённое мириадами звёзд. Словно стараясь превзойти небесную твердь изобилием источников света, гора празднично сияла множеством фонарей, превращая убранные цветочными узорами террасы в непередаваемо роскошные декорации. В довершение обнаружилось, что вокруг нет ни души.

Замелькали, закружились мысли:

– Что делать, как быть?.. Внизу меня никто не ждёт, а там наверху, быть может, поджидает ангел. Я всегда мечтала об этой встрече... Ведь что-то важное происходит на таких встречах. Или уже произошло?..

Кому-то может показаться странным моё решение завершить подъём, но я предпочла пойти тем путём, которым, как мне казалось, прошёл ангел. Подражая ему, на каждой новой площадке, я делала остановки, спрашивая себя, что бы сказал он. Мысли мои – пресный хлеб – в сравнении с его наставлениями – сдобными куличами – казались совершенно безвкусными. Чем бесплодно умствовать, не лучше ли поддаться очарованию ночи, с её призрачным блеском, свежими ароматами и волшебной кантиленой природы?.. Расслабившись, я не заметила, как мысль – мне не свойственная – начала разворачивать свой свиток:

– Принимая решения, помни: что бы ты ни сделала, твоё действие, твоя мысль усилит в океане жизни волны созвучные: страх умножит страх, радость увеличит подъём радости, а страдание немедленно воззовёт к страданию, углубив его. И кто-то, находящийся под их воздействием, сильнее обрадуется или огорчится, или вовсе падет духом, не в силах сопротивляться горю. К тебе самой в каждое мгновение приходят волны воздействий, и ты звучишь, звучишь постоянно – в мыслях, чувствах, действиях...

Поднимаясь выше, я представляла себя связанной с мирозданием миллионами нитей. Нити тянулись от меня далеко во все стороны, и каждое моё внутреннее движение отзывалось во всём мире по соответствию. Я чувствовала себя звонарём и колоколом одновременно. И вдруг начала понимать, что сделанное однажды, кем бы то ни было, сделано в то же время и мной. Я не могу отгородиться, объявить себя непричастной к происходящему: ведь это мы – убиваем, мы – заставляем других страдать и мы – можем построить мир растущей радости, стоит только взяться за это сообща. Нет места осуждению и обидам, ибо проступок брата – это мой проступок, нет места равнодушию – оставить брата без помощи всё равно, что лишить самого себя веры в будущее, нет места нелюбви... Я – звонарь, я и колокол... Нити, связывающие меня с миром, – провода, по которым должна течь любовь... только любовь... от меня... и ко мне...

Кипели в голове мысли, мелькали под ногами ступени... Так, незаметно для себя, дошла я до конца лестницы. Ступив на землю, огляделась – нигде, никого... Глаза мои наполнились слезами.

– Ну что ты, полно, – утешала я себя. – Может, все уже там, в этом величественном храме, венчающем гору. Да дверь его пока заперта. Но настанет день, и она непременно отворится.

Я опустилась на холодные ступени храма, чтобы ждать. Ночь продолжала играть свой спектакль...

 

Выхожу из забытья... Восток приветствует меня солнечным светом. Неужели всё ещё утро? Тогда... О да, мой дивный гость всё ещё там, у окна!.. Я вскакиваю и спешу к нему, и, добежав, замираю, остановленная невидимой силой. Вглядываюсь в ясные, полные неземного сияния очи, и чую... чую, как рассыпаются все построения ума...

Лёгким дуновением доносится до меня тихое: «Люби!»

На пасхальном столе сами собой зажигаются свечи...

 

 

 

Голос любви испытующей

Сразу три возможных пути расстилается передо мной... На самом деле, дорога одна, но не менее реальными кажутся высокая стена, сложенная из неправильного размера каменных блоков, и край обрыва, нависшего над пропастью Бог знает какой глубины. Как идти, когда не знаешь, не видишь, не понимаешь... когда всюду опасность? Любой ребёнок даст ответ: встать на четвереньки.

Наощупь пробираясь вперёд, думаю о том, сколько будет продолжаться эта игра в «не верь глазам своим», и о том, как утомительна монотонность моего пути. Я закрываю глаза... Открывая их, я всякий раз надеюсь обнаружить не голубой мелкокристаллический грунт, не глухую стену у себя перед носом и не пугающий провал впереди, но тщетно. Чувства мои тупеют... хочется прильнуть всем телом к песчаному полотну дороги и больше не двигаться... может быть, лежать и мечтать... а может быть, уснуть... Реальность перестаёт быть реальной, и меня уже не удивляет, когда в какой-то момент прямо передо мной возникает... голограмма человека.

Хочется дотронуться до этой слабо мерцающей величественной фигуры. Я простодушно протягиваю руку, и тут же получаю ощутимый электрический удар. Встрепенувшись, вскакиваю на ноги и начинаю лихорадочно перебирать способы возможной защиты... В это время жестом умелого фокусника голографическая рука извлекает невесть откуда и подаёт мне совсем не голографический предмет – странные очки, у которых вместо стёкол приспособлены зрительные трубы бинокля. Я с опаской принимаю его и водружаю на нос – пространство тотчас же преображается: передо мной теперь стелется широкая прямая дорога, а остальные «реалии», хотя и никуда не деваются, видятся в отдалённой перспективе.

– Разобщение от системы отражённых реальностей, – всплывает в голове чужеродная мысль, заставляя меня с недоумением всматриваться в призрачную фигуру незнакомца. Вопрос в моём взгляде немедленно находит отклик, и вновь в виде мысли:

– Над планетой ОС сформированы отражающие поверхности для защиты от атмосферных и космических катаклизмов, в результате, в одном фокусе можно увидеть до шести отражений реально существующих на планете природных объектов.

– Надо же, как мне повезло! – улыбаюсь я, пытаясь представить себя перед лицом одной действительной и шестью мнимыми реальностями.

– Истинное всегда заключено в центре.

Мне не хочется фокусироваться на этой новой глубокомысленной сентенции, потому что моё внимание всё больше приковывает голограмма. Неуловимо меняясь, она постепенно теряет привычный образ человека и превращается из прозрачной светящейся сущности в настоящего гуманоида, что называется во плоти и крови. Как же он забавен!

Можно зажать рот рукой, чтобы не смеяться. Но как задержать мысль, рвущуюся к проявлению и могущую быть сразу распознанной? Многорукий, с голубоватой кожей, узкоглазый умник, не теряя времени, даёт мне понять, что легко распознал мою по-детски непосредственную реакцию на его инаковость.

– Мы таковы, каковы наше солнце и планета, на которой живём. Ваша жёлтая звезда и ваш дом – планета с железным сердцем – приспособили ваши центры к восприятию энергий, идущих из космоса одним образом. Мы сообщаемся с космосом иначе. Главное, не кто мы, а кем способны стать.

«Кем способны стать...» На что он намекает? Следующая метаморфоза, проходящая перед моим задумчивым взором, возможно, служит одним из многочисленных и самых очевидных решений данной загадки. Хилое тело гуманоида как-то враз исчезает, и вместо него появляется дивное крылатое существо, напоминающее земную бабочку-странника. Кивнув мне ангельски хорошенькой головкой, как будто прощаясь, оно взмахивает своими радужно переливающимися крыльями и в мгновение ока исчезает. Я снова остаюсь одна.

Если бы мне довелось писать роман, следующую главу я бы назвала «Как я потеряла очки и свалилась в пропасть». Но поскольку моё повествование не столь обстоятельно, сразу перейду к рассказу о последствиях моего недостаточно трепетного отношения к удивительным условиям планеты ОС.

Итак, я свалилась... Как ни странно, мне нисколечко не было больно. Как если бы я упала в какой-то очень длинный, подвешенный в воздухе мешок. Каждый шаг по его дну натягивал стенки так, что отброшенная их резким натяжением, я летела вниз. Так, падая и поднимаясь, я двигалась в кромешной тьме, как мне казалось, довольно долго.

– Бездумное движение – большое заблуждение, – иронизировала наш инструктор по психокинетике, глядя на неловкие усилия обучающихся работать с психической энергией. И когда ей возражали, что в неожиданных условиях бывает трудно сразу сориентироваться, она указывала пальцем наверх и многозначительно произносила:

– Космос не знает безмыслия. Кто в него с безмыслием войдёт, от него же погибнет.

В том же случае, когда положение казалось нам совсем безвыходным, наша ПК советовала рассмотреть или вспомнить все подробности и зацепиться умом за то, что кажется самым непонятным.

Осторожно ложусь на дно «мешка». Некоторое время он ещё раскачивается, подобно гамаку, но после, успокоенный моей неподвижностью, затихает. Я повторяю полученные уроки:

– Для того чтобы узнать истину, нужно смотреть в центр, то есть в сердце явления. Могу ли я найти в своём сердце ту, которой я могу стать?

Даже ожидаемые, явления Тонкого мира неожиданны и поражающи. Перед моим внутренним взором внезапно появляется женщина с огромными синими глазами... Волна трудно совместимых чувств захлёстывает сердце, заставляя его отчаянно трепетать: восторг борется с волнами страха, ознобный холод – с приливами жара. Однако стоит осознать, что этот внимательный, полный сострадания взор принадлежит мне самой, как меня тут же перестаёт тревожить моё состояние. Теперь я спокойна... наполнена любовью – до краёв моего существа, за пределы которого любовь проливается в виде чарующего света... Ощущение полноты знания и могущества проистекает от чувства всецелого единения с Истиной...

– Поздравляю! – ударом грома стаскивает меня с небес на землю голос.

– Кто ты? – с трудом прихожу я в себя.

– Кто я, это ещё вопрос... – булькает, подобно болотной жиже, темнота. – А вот, кто ты... и что ты можешь?..

Хотелось бы мне сейчас ответить: «Я могу всё!». Ведь только что так оно и было. Но я прекрасно понимаю, что меня теперешнюю и меня будущую разделяет бездна несвершенного.

– Можешь ли ты избавиться от своих недостатков? – подстегивает мои колебания противный голос.

– Нет, – твердо парирую я. Послевкусие от прекрасного видения не позволяет солгать, даже если от результатов этого дознания будет зависеть моя жизнь.

– Вопросец следующий... – мне кажется, что голос теперь булькает ближе к уху, а сама я проваливаюсь глубже, в ещё более тёмное, если такое вообще возможно, место. – Итак, вопросец: можешь ли ты сфокусировать мысль и заставить её лететь в избранном направлении так, чтобы она попала точно в цель? Да или нет?

– Нет, – и снова я проваливаюсь в бездну, начиная ощущать приступы тошноты из-за царящего там зловония. Но у моего экзаменатора уже готов новый вопрос, который судя по предварительно вырывающимся из его нутра хриплым звукам, он вот-вот задаст:

– А что ты готова сделать для вашего спасения?

Сдаться – означает погибнуть, задохнуться в ужасной вони... Хватаюсь за первое, что приходит в голову:

– «Вашего» значит, что кроме меня может спастись кто-то ещё?

– Ну да, ну да, – квакает у меня над ухом.

Мысль о том, что не одна я вынуждена терпеть эту мерзость и что только я в состоянии всех нас спасти, придаёт мне бодрости. Я перестаю быть жертвой, мучимой темнотой, жуткими газами и коварством задающего вопросы. На миг я превращаюсь в ту величавую красавицу, для которой не составляет труда сосредоточить мысль – действенную силу – и неотвратимо послать её в цель. В тот момент, когда в моём воображении я и спасаемые мной прекрасные существа молниеносно вырываются на свободу, ошеломительно сильный толчок выбрасывает меня на свет.

Распластавшись на животе, я пытаюсь прийти в себя. Но едва моя голова приподнимается, чтобы определить, откуда только что мне удалось вырваться, как увиденное повергает меня в ступор. Чудовищных размеров монстр, в огромном чёрном зобу которого я побывала, страдая от приступов тошноты, изрыгает содержимое желудка – покрытых блестящей слизью нелепых насекомых-химер, которые едва отряхнув её, тут же уползают или улетают.

– Не жалей, – проносится в голове мысль.

Обернувшись, я вижу своего недавнего многорукого знакомца.

– Ты же не ради того, чтобы почувствовать себя героем, старалась? Ты хотела спасти... и спасла...

И всё-таки я чувствую потребность в какой-то компенсации – хотя бы убедиться, что ни одна из спасённых тварей не погибла. Повернув голову туда, где только что творилось омерзительное действо, я не могу поверить глазам – всё обозримое пространство пусто, нет ни следа, ни намёка на случившееся здесь.

– Значит, это было испытание... – я не скрываю своего разочарования.

– А ты как хотела?

– Я хотела ознакомиться с новой для меня планетой, с сознанием её жителей... словом, я прилетела на экскурсию.

– А тебе не приходило в голову, когда ты готовилась к экскурсии, что если ты попадёшь на планету с более высоким, чем у тебя, уровнем сознания, то ты не сможешь понять, чем оно замечательно?

– Но я же видела, как твоя мысль строит формы из видимой материи, убедилась, что ты способен заставить меня поверить в реальность иллюзии...

– Да, видела, только и всего. Ты не в силах понять, как и с какими энергиями работает моя мысль. Познание иного разума возможно, лишь когда умеешь приспособить к нему свой.

Что я сейчас чувствую? Досаду, разочарование... Помнится, кто-то из наших нахваливал мне эту планету, когда я выбирала маршрут...

– Ну что, будем продолжать испытания или отправить тебя в Райский Парк?

Заботливость тона подкупает – так обычно разговаривают родители, когда намереваются осчастливить своих детей в воскресный день. И так же безоглядно, как в детстве, я тороплюсь совместить приятное с полезным:

– А нельзя ли в Райском Парке провести испытания?

– Что ж, воля твоя.

Прежде чем двинуться в путь, я вспоминаю, что мне необходимо вооружиться новым экземпляром «умных» очков.

– Ты теперь и без очков найдёшь дорогу, – мелькает у меня в голове.

Похоже, я снова остаюсь без видимой помощи, и это означает начало нового испытания. Что на сей раз должна осилить моя мысль?

По указанному мне направлению, кроме извилистой дороги, я наблюдаю куртины ярких и подвижных, тонко звучащих цветочков, а также ландшафт, состоящий из острых камней, и ко всему прочему большой водоём. Сколько могу, оттягиваю тот момент, когда мне вновь придётся опуститься на четвереньки, и, уже нагнувшись, вдруг вспоминаю картину из детства, как, рассматривая полосатую ткань банного халата, я пытаюсь определить, какого он цвета: голубой в розовую полоску или наоборот... Это простое упражнение придаёт мне уверенность в своих силах, и я буквально вцепляюсь взглядом в голубое полотно дороги, не отпуская его до тех пор, пока всё остальное не отступает на задний план.

– Вы ещё долго будете вспоминать то, что я говорю вам, – так бывало пророчествовала наша ПК, суля долгую жизнь своим не всегда понятным нам высказываниям.

– Конец одного испытания – это начало следующего. Между ними нет момента «покоя», так же как среди бытия не существует моментов небытия, – вспомнилось мне одно из них, когда дорога привела меня к обширному, до самого горизонта, пустырю, напоминавшему географическую карту местности, на которой читались следы разметки каких-то особых зон, но не было ничего живого и прекрасного.

Вот так рай! Прежде чем посягнуть на его девственную пустоту, я опускаюсь на землю под одним из валунов у входа. Пожалуй, лишь они, стоящие по обе стороны от входа, могут считаться настоящей достопримечательностью здешних мест: массивные, розово-зелёные, они ритмично пульсируют изнутри переменчивым светом.

По-видимому, мне вновь предстоит сделать ставку на своё воображение... Однако, сколько я ни вглядываюсь вдаль, пытаясь представить замечательный ландшафт парка, его истинное лицо остаётся для меня загадкой. Такими же напрасными оказываются попытки воспроизвести в воображении местное население – многоруких существ с гибкими телами-стеблями, наслаждающихся отдыхом.

Всё, хватит, пора отдохнуть. Со вздохом облегчения прислоняюсь спиной к камню и закрываю глаза. С удивлением отмечаю, что, несмотря на то, что опора твёрдая, я чувствую себя чрезвычайно уютно: спину ласкает мягкое тепло, а в душу входит дивное ощущение покоя и ничем не сдерживаемое желание любить всех и вся. Как это часто бывает на границе сна, в голове начинают мелькать мысли:

– От сердца к сердцу... от центра к центру... протяни... разбуди... пробуждённое сердце обнажит красоту...

– Где же сердце этого Парка, где оно, видимо-невидимое?

Ответ на свой вопрос вдруг отчётливо ощущаю спиной, вернее сердцем, отыскавшим, наконец, родственные вибрации.

– О, чудесные камни, – две половинки живого сердца – покажите мне красоту!

В ожидании чуда я открываю глаза... Ни вдохнуть, ни пошевелиться... я замираю в созерцании пламенеющей, волнующейся инопланетной природы. Всё в ней дышит чудесным светом; соединяясь, света рождают восхитительную гармонию красок; гармония звуков произрождается трелями птиц, пением цветов и более низкочастотным звучанием деревьев. Быть может, и рыбки, неоново светящиеся в солнечно-жёлтой воде озёр, участвуют во всеобщем славословии красоте мира, дополняя своими чарующими ароматами общую симфонию запахов. Всё здесь светится, всё звучит, всё благоухает, воссоздавая божественное единство...

– Почему ты не заходишь, дитя моё? – пробуждается во мне нежданная мысль.

– Боюсь на кого-нибудь наступить, – думаю я, глядя в сверкающие серебром глаза моего благожелательного наставника.

– Но разве тебе не известно, что высочайшее наслаждение можно обрести лишь в постижении истины? А постижение истины возможно лишь в одиночестве...

– Но если каждый захочет побродить в одиночестве...

– ...как ему избавиться от других желающих?.. – в голосе моего собеседника сквозит улыбка. – О, здесь бродят множества, можно сказать толпы, но каждый существует в своей, не пересекающейся с остальными реальности, ибо у каждого свой опыт соприкосновения с истиной и свои представления о ней. Входи смело!

Но нет, какое-то смущение продолжает удерживать меня у ворот. Скорее всего, мысль о том, что в силу своей неразвитости я не могу увидеть Парк так, как следует. Волна тепла, идущая от наставника, пресекает эти мысли:

– Этот парк назван Райским как раз потому, что чутко реагирует на потребности сердца обратившегося к нему. Возможно, тебя ужаснул бы пейзаж, который вижу здесь я, но это тот, близкий моему сердцу состав вибраций, который позволяет мне вознестись духом, и, воспарив, постичь то, что в другом месте даётся труднее.

– И это всё самое лучшее, что я могу постичь на этой планете? – мне не хочется заходить в Парк, чтобы коротко насладиться новым, восхищающим всё моё существо пониманием жизни. Меня не покидает ощущение, что мой мудрый спутник не договаривает, и мне непременно стоит испытать себя на новом задании. Он же, кажется, не торопится направить меня, но оставляет право выбора за мной:

– Лучшее – это то, что даёт тебе новое знание.

Мы долго стоим молча: я стараюсь принять в себя эту новую мысль, он – в ожидании моего решения. В конце концов, он уступает моему стремлению:

– Ну что ж, раз ты так решила, тогда тебе сюда.

Отодвинувшись, он показывает мне путь, ведущий под гору. У меня нет никаких сомнений – осилить его я должна буду сама. И правда, уже в следующее мгновение мой неутомимый экскурсовод бесследно исчезает.

Чем дальше отхожу я от Райского Парка, тем сильнее растёт в душе моей тревога. Уж не вернуться ли мне назад? Вот и солнце заходит... капли влаги обильно оседают на землю... небо из молочно-белого становится бледно-сиреневым, отражаясь в медленно наполняющихся лужах стальным холодом... Зайдя в ментальный тупик, я вдруг обнаруживаю, что оказываюсь в тупике настоящем: справа и слева, и впереди простирается стена, увитая лианами с темноватой листвой, напоминающей хвою, её сине-серый оттенок навевает грусть, а мелкие рубиновые цветочки напоминают о тревожной лампочке SOS, которую мы, спасатели, предпочитаем видеть спящей.

Присмотревшись, замечаю в стене узкий проход, в который мне удаётся протиснуться только боком. О, Господи! Всюду, куда достигает взор, здесь парят в воздухе зеркала – и человек, и птица, и всякая понизу ходящая тварь могут увидеть своё отражение в полный рост.

– Вот тебе и аттракцион! У нас на Земле он давно отошёл в незапамятное прошлое.

Удивительно, но проходя по рядам и мельком взглядывая на своё изображение, я не замечаю, вопреки ожиданиям, чтобы оно нелепо искажалось. Везде оно идеально чётко показывает стройную светловолосую девушку в защитном комбинезоне.

Мне не хочется далеко удаляться от входа-амбразуры и я останавливаюсь у одного из зеркал без определённой цели. Не вдаваясь в подробности, отмечаю спокойствие моего облика... Но вдруг замечаю в себе неуловимое, а затем всё более явное выражение потерянности и стремления сбежать.

– Так вот в чём обман! Ведь того, что я сейчас наблюдаю, нет на самом деле, – наконец, доходит до меня. – Бежать, бежать поскорее от этого кладбища иллюзий!

Но чу! В памяти вдруг явно, как будто случилось совсем недавно, всплывает воспоминание. Первый полёт, моё первое дежурство и нарушенный график испытаний, из-за чего весь эксперимент оказывается на грани срыва... Точно такое же, как сейчас, уныние и малодушное желание сбежать было у меня, когда я стояла перед советом командиров в башне...

– Итак, зерцало, вскрывающее малодушие, исчерпай на мне всю силу твоего обличения! Молчишь... Видать, мне достало одного урока, чтобы больше не впадать в это унизительное состояние сознания.

В соседнем зеркале, дожидаясь его вердикта, я наблюдаю, как микроскопические пластины-отражатели моего комбинезона окрашивают его в тона выцветающего бледно-голубого закатного солнца. Настроенные на работу с природным светом, они не могут показать ничего другого. Но вот моё лицо... Оно явно намекает на недостаток правдивости. Однако ничего существенного плоская полированная поверхность рассказать мне не может, ложь в моей жизни занимает такое незначительное место, что её проявления, скорее забавны, нежели осудительны. Следующее зеркало награждает меня воспоминаниями о редких случаях страха и только одним событием, когда этот страх вредит другому человеку – инструктору по аварийным ситуациям. Конечно, его ушибленный по моей вине палец не казался мне тогда большим преступлением, однако сейчас на меня производит впечатление не следствие страха, но он сам, его далеко ещё не исчерпанный потенциал.

Хожу по рядам, всматриваюсь в темнеющие лики зеркал... Воспринимаю негативные стороны своей натуры достаточно сдержанно – от иллюзий в отношении себя меня всегда оберегал весь строй жизни. Особенно вспоминаются уроки ПК, которая нет-нет да и скажет провинившемуся:

– Деточка, не страшно упасть в грязь и замараться. Опасайся ходить по белу свету с грязным лицом.

Чует моё сердце, пора заканчивать эту историю с зеркалами. Пусть следующее станет последним. Вздох облегчения, вызванный этим решением, тут же гасится при виде этого последнего. Что-то неприятное исходит от покрытой мелкими трещинами зеркальной поверхности. Мне даже кажется, что оно вцепилось в меня мёртвой хваткой и ни за что не отпустит, пока не достанет из самых потаённых глубин нечто, способное разрушить моё мирное настроение. Грязнолиловый цвет моего комбинезона вторит последней светлой полоске неба, заставляя ещё пристальнее вглядываться в зеркальную гладь.

До меня вдруг доносится шум голосов, шум разъярённой толпы, о котором я могу составить представление лишь из старинных книг. С яростными криками она приближается к запертой двери старинного храма, в котором я и мой духовный учитель, вместе с другими учениками, ищем спасения от гнева иноверцев. Когда в дверь начинают барабанить кулаками, мне ещё не страшно, я чувствую себя под надёжной защитой – храмовые врата необычайно крепки. Но когда в напитанную запахом ладана атмосферу вползает горький запах дыма, сердце сжимается от страха сгореть заживо.

– Дети мои, пока не поздно, спасайтесь через другую дверь, – торопит нас учитель.

– А как же Вы, учитель?

– Мне на моих ногах от погони не уйти. А вы бегите, бегите, – и он начинает подталкивать нас к выходу.

Но едва мы появляемся в дверях, нас вытаскивают и начинают бить... Последняя мысль пронзает сердце острой болью: «Ах, не надо было нам предавать учителя...»

 

В погасшем небе сияют разноцветные светильники спутников. Едва передвигая ноги, я бреду, повинуясь стучащему в висках призыву: «Ступай сюда, ступай ко мне...» По моему лицу всё ещё текут слёзы, когда, протиснувшись сквозь узкий проход, я оказываюсь по ту сторону стены. На пригорке, залитом лунным светом, я замечаю голограмму земного человека, который теперь кажется мне удивительно знакомым. Присев у его ног, тихо спрашиваю:

– Разве это может быть лучше того, что могло произойти со мной в Райском Парке?

– Безусловно. Ибо наилучшее, на самом деле, то, что может дать тебе новое знание... о себе.

– Мне кажется, что если бы я увидела ещё немного плохого о себе, я больше не могла бы оставаться собой, – с горечью осознаю свою душевную слабость.

– Ты увидела то и столько, сколько захотела сама и сколько допустил я. Твоя самооценка, лежащая на поверхности, и некоторые события прошлого рассказали тебе о том, от чего тебе следует отталкиваться, чего избегать. Какой ты можешь стать, ты теперь тоже знаешь...

Слова елеем льются на мою рану, и вот уже я сознаю, что ничего страшного не произошло. На пути совершенствования человека, в длинной череде его жизней случается всякое – от самого хорошего, до самого плохого. И упав, нужно как можно быстрее подняться и идти дальше... Зачем же я здесь, какой новый опыт получила я, и что смогу отдать Земле после возвращения?

– Посмотри на меня, – доносится до меня недавно слышанной мной голос.

Но что это?! Поднявшись, я вдруг падаю на колени... Прошлое, соединившись с настоящим, возвращает мне... любимого учителя. Осеняя меня крестным знамением (совсем как в прежние времена!), он дарит мне свою ласку:

– Дорогое дитя, полагаю, теперь ты догадываешься о причине твоего путешествия на планету ОС. Здесь тебе удалось ускоренно завершить испытания, доказать, что я вновь могу на тебя положиться. Здесь так чудесно обновилась наша сердечная связь. Отправляйся домой. Я буду с тобой всегда.

Ликованье в моём сердце перемешивается с грустью от близости расставания, боль воспоминания с невыразимым счастьем от ощущения близости учителя. Теперь я знаю, что в один прекрасный день в моей голове снова зазвучит его голос, который побудит меня совершенствоваться ещё скорее. В этом стремительном беге за учителем будут мелькать годы, века, сменяться планеты и человечества, но никогда, слышите, никогда не прервётся серебряная нить связи. Потому что нет ничего более сильного, прекрасного, вечного, чем духовное родство, чем любовь дочери к своему духовному отцу, чем отеческая любовь к своим духовным детям – испытующая, вдохновляющая на подвиги, сулящая окончательное единение в духе.

 

 

 

Сказка о Свете

Знаем, что свет Солнца насыщает растения жизнью, но не ведаем, как оный питает нас, человеков. Мы не знаем, но Светозара знает. И не только про это знает она. Ей ведомы все законы мироустройства и то, как эти законы можно применить для устроения жизни на Земле. Главная е` забота – человек.

Современный человек так иссуетился, что не замечает привета космических лучей. В давние времена к дарам Космоса относились бережно, с уважением – кто не разумел, слушался знающих и худо-бедно принимал в сердце своё энергии его насыщающие. Теперь же не то, что уважения не дождётся мудрость надземная, но на смех будет поднята и мракобесием именована. Вот Светозара и взяла на себя труд: мрак развеять и научить людей понимать Космос. Задача, скажем, нелёгкая, но для такой искусницы как Светозара – в самый раз.

Не сразу научилась Светозара схватывать любой космический луч, когда он касался её сердца, будь то огненный поток, идущий от Венеры, Урана или какого другого Светила. Но в трудах неустанных её сердце настолько умудрилось, что само стало притягивать нужные лучи. Поймает, бывало, Светозара луч благотворный, пропустит его через своё сердце – он и зазвучит на понятном человеческому сердцу языке. А чтобы дошли до многих и многих сердец человеческих нужные лучи, восходила Светозара на башню высокую, брала в руки стрелы меткие и, привязав к ним нити лученосные, рассылала их во все концы Земли.

Не покладая рук, не уставая сердцем трудилась Светозара и, в конце концов, оплела незримо весь земной шар целительной сетью Света небесного. Невидимы нити Света, но чувствует их сердце отзывчивое: как учует, так к Красоте и потянется. Но мало одну ниточку тронуть да мимолётно в своё сердце лучик Света впустить. Надо и закрепить его суметь, и другие лучики найти и присвоить. Кто многие ниточки соберёт в своё сердце, тот к Светозаре дорогу найдёт – такое правило. И не в заклятии особенном тут дело и не в магии вообще, а в законе притяжения одного сердца к другому.

Надо сказать, что, безответно трудясь, Светозара не прекращала верить, что найдутся люди, которые откликнутся на её сокровенный призыв. Зная о невнимании нынешнего человека к своему сердцу, позаботилась она насытить ум его подсказками о том, как найти и сберечь сокровища Света. С рассвета до поздней ночи вела Светозара записи, подробно рассказывала о свойствах светолучей, которые утверждаются в человеке в виде его разнообразных качеств. Назвав каждый, каждому дав оценку, определила, какие из них пригодятся человеку в будущем, какие преобразят его из человека-животного в сознательного сотрудника Космоса.

Нашлись, нашлись люди, которые прочитали труды Светозары и почуяли в себе будущих сотрудников. Преобразилась их жизнь, стали они нарочно искать встречи с сердечным Светом Светозары. Сказка не была бы сказкой, если бы не нашёлся добрый молодец, который научился принимать лучи Светозары. И так у него это хорошо получалось, что Светозара признала его сыном и разделила с ним труды свои по просветлению человеков. Духовный сын Светозары – Миросвет – тоже был большим тружеником и шаг за шагом усваивал науку взаимодействия с космическим огнём. И так же, как матерь его, оставлял он человечеству свои записи.

Конечно, ни один человек, живущий земной жизнью, не смог бы общаться с незримыми силами Космоса, если бы не научился этому у своего учителя. Учитель Светозары и Миросвета непрестанно насыщал их сердца знанием и неизменно помогал им в их нелёгкой жизни. «Я с вами всегда!» – говорил Он, призывая думой о Нём укреплять нить связи. А и правда, весь мир держится магнетическими нитями, привязывающими каждого к тому, что ему дорого. Если дорого земное, материальное – с ним и жизнь связывается, на служение ему – временному, преходящему – жизнь расходуется. Для ищущего Красоты – в себе и в мире – находится привязка иная, естественная. Сама жизнь назначает человеку привязываться к тому, что в ней вечно – к Красоте, к знанию, к её истокам. Истоки же вечной жизни – в том непреходящем и неощутимом божественном начале, которого человек может коснуться лишь посредством другого человека, успевшего стать Человеком – истинным хозяином себя и своей жизни, управителем Космоса и его законодателем. К Нему, человеку с большой буквы, притягиваются те, кто распознали своё предназначение и захотели уподобиться Ему.

Так протянулась нить связи от великого Человека – Учителя – к Светозаре, а от неё – к Миросвету. Так связана серебряными нитями вся Иерархия Света – устроительница Космоса, водительница множества человечеств.

Человек великий – не сидящий на троне, упивающийся славой правитель, но воитель и труженик, и к тому же жертвователь. Кровью обливалось сердце Учителя, когда он посылал свою любимую Светозару на Землю, чтобы она помогла земному человечеству вернуться на путь Света. Вместе они отказались прокладывать новые, удивительные космические тропы ради спасения Земли. Труд рутинный, утомительный, а подчас и опасный приняли они на себя, отказавшись от заветных стремлений.

«Проснись, человек!» – зовёт Учитель. «Проснись, спящий!» – вторят Светозара и Миросвет. Редким эхом разносятся по Земле слабые зовы уже проснувшихся. Все они – и зовущие, и позванные – верят в то, что звучание Космоса и голоса Иерархов в самом скором времени станут доступными для многих, и тем утвердится спасение Земли.

С чего начать тебе, красна девица, и тебе, добрый молодец, познание невидимых струн, протянутых из Космоса к твоему сердцу? С самого простого – с желания утвердить в своём сердце доброту и бесстрашие. Будь правдив и настойчив в достижении своём, и ты непременно скоро услышишь чистые звоны нитей Светозары. Она, великая сердцем, по-прежнему на посту – на вершине башни, вместе с Учителем.

Как распознать неслышимое и невидимое? Загляни в своё сердце. Если в нём зажглась искра любви – к человеку ли, к животине какой или к знанию, значит откликнулся ты на зов. Раздуй искру, преврати её пламя, и в его свете увидишь не только узкую земную тропку одной жизни, но и путь твоего духа в беспредельные просторы надземные.

Люби, стремись, дерзай!

 

 

 

ВЕСТИ ИЗ НАДЗЕМНОГО

Луч лазерной указки тонко прорезает темноту ночного неба и, свободно очерчивая контуры созвездий, делает близкими далёкие миры. Луч молниеносной мысли стремительно пронзает околоземные сферы и так же остро, как лазер, определяет притягательную область в Надземном.

Звёзды разговаривают с теми, кто с любовью наблюдает за ними. Вести из Надземного доносятся до жаждущих общения с явью, не постижимой земным зрением. Потоки лучей Большой и Малой Медведицы, или другие, идущие, к примеру, от созвездий Лиры и Ориона, входят в сердца человеческие, оплодотворяя их знанием, разлитым в Космосе. Случается это однажды или становится действием каждого дня, зависит от подготовленности сердца к принятию сокровищ. Не меньшая, а то и большая награда ожидает того, кто отважится сгармонизировать свою мысль с невидимым миром, со сферами тонких энергий. Перед его напряжённым внутренним взором вспыхнут огни иной реальности, превращая в быль самые сокровенные ожидания.

Кто-то стоит на земле и, увлечённо играя в небе лучом лазера, мечтает о путешествии к звёздам, иной же, владея лишь мыслью, прозревает в мир духа, становясь его законной частью.

 

---------------------

Что мы знаем, наверное, о мире духа, так это то, что в нём нет беззакония. Там правит наимудрейший, там чистое окружено чистым, благоуханным и благозвучным, и близость устанавливается по сходству. Там чистые души цветам подобны, и цветником этим опекается учитель духовный. Гармония розы в нём соседствует с наивностью незабудки, величественная чистота лилии с детской непосредственностью ландыша... и все цветы роднит любовь к тому, кто проявляет о них заботу.

Смущает сравнение с цветком? Но что может быть прекраснее цветка в его постоянной обращённости к небу, в его самоотверженной готовности расточать аромат и сладость нектара, в его неизменной способности отвечать своему предназначению – аккумулировать свет?

– Учитель, хочу стать цветком в саду твоём!

– Трудись! Я с тобой!– отвечает Учитель.

А ещё он говорит...

 

Весть первая

 

Новый день в саду Учителя начинается с молитвы. Учитель неустанно учит цветы разговору с Надземным, сердечному проникновению в незримое. Именно оттуда по каналам вдохновения спешат образы Красоты, напряжённое искание которых заставляет держать головки всегда обращёнными к небу. Только связь с Высшим питает мир Огнём, необходимым для его преображения.

...стремись, Мой друг, к Мирам Иным,

что – во плоти – недостижимы...

ведь, устремляясь – мыслью – к ним,

ты утверждаешь связь с незримым...

 

...в Прекрасный Сад, к своим мечтам,

презрев земное притяженье,

стремись! – Мысль устремляя к Нам,

к Нам указуешь направленье...

 

Весть вторая

 

Ранее утро. На лепестке благоуханной розы в капле воды отражается пламенный взор Учителя. Ему ведомо, как горячее стремление освободиться из оков плотной материи рождает чистую слезу подвига... как прежде свершений в сердце загорается мечта о Прекрасном... как облекается она в форму – отголосок картины будущего, начертанного в Надземном.

НОВЫЙ МИР – не где-то за горами,

НОВЫЙ МИР – сознанием – творим...

создаётся он не чудесами,

но трудом – сознательным – твоим...

 

...человек, подвигни сердце – к НЕБУ!..

НЕБУ шли – поток сердечных сил...

человек, ты Человеком не был,

пока – НЕБО – ты не полюбил...

 

НОВЫЙ МИР твори – сознаньем – каждый:

кто – в мечтах, кто – в мыслях, кто – во снах!..

возгорится НОВОЕ однажды –

в плотных, тонких, огненных мирах!..

 

Весть третья

 

Прилетели птицы. Они громко кричали, и все, кто был в саду, опечалились, ибо не смогли встретить день молитвой. Когда цветы обратились с жалобой к Учителю, Он заметил, что пути к Новому Миру даются нелегко. Мало научиться, одолевая препятствия, достигать Высот незримых. Завершить подвиг можно лишь, воспламенившись, лишь самому став источником самоисходящего Света.

Благословенны дни исхода

– из плена тьмы на Свет Мечты –

в МИР Братства, Равенства, Свободы,

Любви, Надежды, Красоты!..

 

пройти – сквозь грязь, тоску, жестокость,

безóбразие плотных дней!..

дойти – к Огню Мечты Высокой –

к ОГНЮ ПРАРОДИНЫ своей!..

 

дойти, собрав, в Сердечной Чаше,

всю Красоту земных путей!..

войти в Мечту! – Обитель Нашу –

в ОГОНЬ ПРАРОДИНЫ своей!..

 

Весть четвёртая

 

Никакой буре не сломать цветок в саду Учителя, пока его верность непоколебима. Налетит ли ураганный ветер, обрушится ли сплошной стеною дождь – всегда устоит малый, если в сердце его горит любовь к Учителю. Её сила устремляет, её сила окрыляет, её огонь обращает недостижимое вчера в достижимое завтра.

Зову, Зову – Крылатых – к Звёздам!

Земля прекрасна, но мала

тому, кто ЗНАЕТ, что он создан,

творить Великие Дела!

 

Нет высоты такой на свете,

куда бы Дух ваш не взлетел!

Вам, Мои Пламенные дети,

вершить немало Славных Дел!

 

Жизнь на Земле вас научила,

как из падений делать взлёт!

Даю вам – КРЫЛЬЯ – дети, силы

вам Мать сыра земля Даёт!

 

Я Верю в ваше восхожденье,

в вас – СВОЙ ОГОНЬ – Я Узнаю!

Зову, Зову вас к претворенью

любви земной – в ЛЮБОВЬ МОЮ!

 

Весть пятая

 

Поливая сад, Учитель отмерит каждому растению по нужде его: кому больше, а кому меньше. Поболе влаги получает то, которое умеет отдать больше из полученного. Огонь любви Учителя, напитав жаждущее сердце, должен встретить ответный огонь – любви, признательности, готовности самоотверженно служить миру.

Люби! Любовью Мир ответит,

Он ждёт Любви твоей давно...

ведь, ВСЁ, ЧТО ЕСТЬ на БЕЛОМ СВЕТЕ,

ЛЮБОВЬЮ – ДВУХ – сотворено...

 

Прекрасен Ты! Твоя улыбка,

Твой вздох, Твой каждый шаг, Твой взгляд

– из материала мысли гибкой –

Прекрасный Мир Любви творят...

 

Прекрасна Я! К Тебе стремленье –

ТВОРЦОМ заложено – во Мне.

НАМ суждено СО-ЕДИНЕНЬЕ

– в ЛЮБВИ, в СО-ТВОРЧЕСТВЕ – в ОГНЕ...

 

Прекрасны Мы – творцы вселенных,

иных миров, иных времён...

прекрасен МИР ЛЮБВИ НЕТЛЕННОЙ,

который – НАМИ – сотворён...

 

Весть шестая

 

Однажды с неба посыпались звёзды. Цветы пришли в такое смятение, что Учитель, прервав свои ночные труды, вышел в сад. Наблюдая волнение цветов, Он улыбнулся: «Не может видимое жить вечно, тогда как невидимое не имеет ни начала, ни конца. Устремитесь к Вечному!»

...много домов в БЕСПРЕДЕЛЬНОСТИ ОТЧЕЙ...

сердцу – земному – даруется МИР!..

ВЕЧНЫЙ полёт тебе – СЕРДЦЕ – пророчит,

ВЕЧНУЮ ЖИЗНЬ – в своё – сердце прими!..

 

ДУХА Бессмертного ВЕЧНОЙ частицей

будь! В настоящем, грядущем, былом

– в ВЕЧНОМ полёте, Небесною Птицей –

ВЕЧНОСТЬ старайся увидеть во всём...

 

...в каждом мгновеньи – явление встречи

с ВЕЧНОСТЬЮ, скрытой под сонмом одежд...

в ВЕЧНОМ присутствуй и мысли о ВЕЧНОМ –

ВЕЧНОСТЬ старайся увидеть везде...

 

ВЕЧНОСТЬ... – прекрасное, ёмкое, слово...,

сколько в нём – нежных и радостных нот!..

сердце крылатое, снова и снова

– в ВЕЧНОСТИ – Любит, Пылает, Живёт!..

 

Весть седьмая

 

Порой в отсутствие Учителя в сад заползает змея. Огибая стебли, она поёт свою нехитрую песню: «Зачем тебе, такому прекрасному, жить здесь в трудах и напряжении постоянном? Неизвестно, достигнешь ли дальних звёзд, будет ли построен Мир Новый на Земле... Отдай мне своё сердце, я отнесу его в лощину, и там, в тишине и покое, произрастёт твоя новая жизнь – свободная, размеренная, только для тебя одного...»

Землянин!.. брат!.. услышь НАШ ЗОВ!..

ещё ты волен – сам – решить,

в каком из множества миров –

дальнейший путь твоей души...

 

ещё есть миг, определить –

МИР МРАКА или МИР ОГНЯ?..

...последний миг – для всей Земли –

ОГОНЬ в сознание принять!..

 

грядёт ОГОНЬ!.. не избежать

суждённой, ОГНЕННОЙ, судьбы...

решай же, брат!.. горит душа –

БЫТЬ иль НЕ БЫТЬ?.. НЕ БЫТЬ иль БЫТЬ?..

 

Весть восьмая

 

Благодарность Учителю растёт в преданных сердцах. Любовь Учителя, Его защита... – о, с Ним можно многое!

Налетела туча, с неба посыпались градины. «Учитель, помоги!» Но рука, укрывающая щитом, всегда направляется с призывом: «Помоги себе сам! Любовью защиту от зла создай – для себя и для других. Возьми любовь на вооружение, во всех случаях жизни».

...не борись против тёмных, конкретных, людей –

возмущенье стихий не усиливай в них...

всплески тёмных эмоций Любовью своей

накрывай!.. утишай бурю натисков злых...

 

БИТВА с Хаосом – главная битва твоя!..

путь Любви – вот, единственно, истинный путь.

...ВЕЧНЫЙ – с Хаосом – БОЙ!..

  каждый миг!.. но в боях,

центром, только Любовь излучающим, будь!...

 

***

это непросто – ЛЮБОВЬЮ – согреть,

это непросто – ЛЮБОВЬЮ – простить...

нужно открытое сердце иметь,

чтобы всех, страждущих, – в сердце – вместить...

 

всякого встречного – в сердце – прими!..

если не ты мир возлюбишь, то кто ж?..

сердцем обняв этот плачущий мир,

о, человек, мир – ЛЮБОВЬЮ – спасёшь...

 

Весть девятая

 

Цветы очень любят истории, которые рассказывает им Учитель. Особенно им нравится слушать о дальней звезде – Родине Учителя, о Его Братьях, которые так же, как Он, трудятся вдали от Неё. Все Они – истинные Подвижники, а их Родина – удивительный Сад Красоты, который они добровольно покинули ради того, чтобы взрастить подобные Эдемы в других мирах.

...друг, в БРАТСТВО ищущий пути,

знай, что назад – не повернуть...

знай, к НАМ стремящийся войти,

Путь БРАТСТВА – это Жертвы Путь...

 

...МЫ – БРАТСТВО ДУШ...

  ты знаешь ли,

что это значит – БРАТОМ БЫТЬ?..

не покидать пространств Земли?..

и человечеству служить?..

 

...ЗДЕСЬ – не возьмёшь, но лишь – отдашь...

ЗДЕСЬ – «МЫ», не «я»...

  ЗДЕСЬ – «НАШ», не «мой»...

ЗДЕСЬ – вечный пот кровавый, наш...

ЗДЕСЬ – вечный труд, ЗДЕСЬ – вечный бой...

 

...у Врат стоящий – да войдёт!..

МЫ рады, Брат!.. тебя ЗДЕСЬ ждут... –

труд и борьба... кровавый пот...

кровавый пот... борьба и труд!..

 

Весть десятая

 

Так ли важно цветку непрестанно охорашиваться? Стоит ли задумываться, сколь прекрасен он в сравнении с другими цветами? Пусть отдаст суждение Учителю, когда поутру Тот выйдет в сад. Он не станет сравнивать несравненное. Он скажет о неповторимости индивидуальности каждого и нераздельном единстве всех любящих Его. Только вместе устремившись, наполнив сердца единым желанием Красоты, можно срочно приблизить долгожданное будущее.

...детство закончилось... время взросленья...

люди к черте – роковой – подошли:

тьма – за спиной, впереди – ВОСКРЕСЕНЬЕ,

в НОВОЕ ВРЕМЯ НОВОЙ Земли...

 

...в битвах незримых с Хаосом грозным,

в противоборстве с драконом земным,

будем же ВМЕСТЕ – люди и ЗВЁЗДЫ!..

только сплотившись, МЫ тьму победим!..

 

...станем же, Братья, ЕДИНЫ сердцами!..

ВМЕСТЕ, под Стягом ВЕЛИКОЙ ДУШИ,

будем сражаться, победа – за НАМИ,

ВМЕСТЕ – НАМ НОВУЮ Землю вершить!..

 

...СЕРДЦЕМ ЕДИНЫ – ЛЮБОВЬЮ БОГАТЫ,

ВМЕСТЕ, для НАС, невозможного – нет!..

Братья, Земля – у черты НЕВОЗВРАТА,

так, не промедлим же!.. – выберем СВЕТ!..

 

Весть одиннадцатая

 

Возносят ли насельники сада молитву или поют хором, каждое их действо посвящено Общему Благу. Не всегда их молитва огненна, не всегда их пение безупречно. Чтобы настроиться на торжественный лад, порой приходится просить о помощи брата-соловья, всегда готового звать Прекрасное сердцем. Учитель радуется, когда видит, как стрелы сердечных посылок устремляются к самому Высшему.

Молиться можно кистью, словом,

звучаньем музыки, движеньем,

в них не вложив Огня Живого...

– Но есть сердечное моленье.

 

Молитвы – огненно искусство!..

овладевай искусством вечным –

мысль, положив на сердце, чувством

её напитывай сердечным...

 

не нужно действий, слов, эмоций –

пусть только сердце будет с НАМИ...

и до седьмых небес взовьётся

моленья, искреннего, пламя!..

 

Весть двенадцатая

 

Как-то раз обитатели сада узрели вдали чудесный белый город. Их восторгу не было предела.

«Это вы своими непрестанными мыслями возвели стены этого светлого града, – пояснил Учитель. – Созданное мыслью предстоит построить руками».

«Как, разве город уже не явлен?!» – изумились цветы.

В ответ они услышали:

«Это всего лишь проступившая на мгновение мысль Высшего Мира. Нынче она горит особенно ярко».

...замер люд... – в ожидании НОВОГО ДНЯ –

на болезненном стыке времён и миров...

 

через МИГ – воссияет эпоха ОГНЯ!..

этот МИГ будет – яростен!.. ярок!.. и нов!..

через МИГ – после мрака беззвёздных ночей –

пробужденье оявится!..

  светом зари

– НОВЫЙ, ОГНЕННЫЙ, ДЕНЬ – для планеты людей

приближается!..

  ОН – уже в сердце горит!..

...пробуждённое сердце, ДЕНЬ – НОВЫЙ – встречай!..

для сближенья миров Свет из сердца – яви!..

 

всяк из нас – только СОЛНЕЧНЫЙ СВЕТ от ЛУЧА

НЕСКАЗАННОГО СЕРДЦА ВСЕЛЕНСКОЙ ЛЮБВИ!..

 

Весть тринадцатая

 

Нет, ни для одного из них ещё не настало время покинуть сад Учителя и улететь к дальней звезде, в миры вечного цветения. Они знают, что мешает им совершить полёт немедля, и старательно добиваются гармонии, которая открывает все пути. Вместе с Учителем они трудятся над тем, чтобы сделать свой внутренний мир светоносным.

«Только утончённым, крылатым, наполненным любовью покоряются звёздные дороги. Дерзайте!

...устремись в ГРЯДУЩЕЕ!.. дано

Духу ПРАВО – БЫТЬ в ГРЯДУЩЕМ – вечно...

устремись в ГРЯДУЩЕЕ!.. Оно

устремит – СЕБЯ – тебе навстречу!..

 

...устремись в ГРЯДУЩЕЕ, ко Мне!..

Я – твоё ГРЯДУЩЕЕ, землянин...

в Братский Круг – Содружество Огней –

устремись безудержно! Будь с НАМИ!..

 

...устремись в ГРЯДУЩЕЕ! К Нему

устремись всем Сердцем, всей Душою!..

дай СВОБОДУ Духу своему!..

и зови, зови друзей с собою!..

 

 


№58 дата публикации: 17.06.2014

 

Оцените публикацию: feedback

 

Вернуться к началу страницы: settings_backup_restore

 

 

 

Редакция

Редакция этико-философского журнала «Грани эпохи» рада видеть Вас среди наших читателей и...

Приложения

Каталог картин Рерихов
Академия
Платон - Мыслитель

 

Материалы с пометкой рубрики и именем автора присылайте по адресу:
ethics@narod.ru или editors@yandex.ru

 

Subscribe.Ru

Этико-философский журнал
"Грани эпохи"

Подписаться письмом

 

Agni-Yoga Top Sites

copyright © грани эпохи 2000 - 2020