Грани Эпохи

этико-философский журнал №83 / Осень 2020

Читателям Содержание Архив Выход

Алёна Цами

 

ТАЙНА ЛЕТНЕГО ПОЛДНЯ

 

 

ОКЕАН

Ей снился Океан. Необъятный, могучий, каким и подобает быть Океану.

Его волны заполняли всё пространство сна. Только небо и волны. И между ними двигалась её душа, словно плыла по течению и в то же время наблюдала сверху. Направляя взгляд то вправо, то влево, она пыталась увидеть берега, но их не было. Лишь движение бесконечной массы воды – волны, волны, волны…

Через какое-то время она заметила, что «проплыла» огромное расстояние, и даже ощутила округлость планеты, оказавшись на другой её стороне. Но Океан не менялся – так же плескались волны, похожие друг на друга и в то же время каждая из них несла свой индивидуальный вздох и всплеск. Не было ни берегов, ни островов, ни единой птицы, ни звука живого, лишь мерный шум воды. Из-за горизонта неумолимо надвигались новые волны. Словно это была Планета-Океан – живая, мыслящая, безбрежная и безлюдная, играющая своими волнами.

В какой-то момент ей стало страшно, она подумала: «Где мой берег? Господи, притяни меня к берегу!» И тут же проснулась. Вздох облегчения вырвался из её груди. Ещё чувствовалось ритмичное покачивание волн. В приоткрытое окно доносился шум реки, и сразу вспомнилась вчерашняя прогулка по берегу, душистый черёмуховый настой, молодая листва, яркие медунки в траве и волны… Вода поднялась, как обычно бывает в мае, и течение её такое мощное – вот-вот затопит тропинки и прибрежные валуны.

«Как хорошо, – подумала она, – иметь свой берег на этой планете. Но почему ты приснился мне, Океан? Куда несли меня твои волны?»

Весь день Океан шумел в душе и не давал покоя. В какой-то момент пришло ясное осознание: со стороны Океана не было никакой угрозы, он просто БЫЛ. Таким, как есть. Это её маленькое сознание испугалось незнакомой мощи, безграничной широты. С детства она боялась бурных волн родной реки и всегда кричала от страха, когда приходилось переплывать в лодке с родителями на остров. Всю жизнь преодолевала она этот страх. И река снилась не раз, и во сне было не страшно плыть в её волнах, наоборот, спокойно и радостно. Она даже осмелилась как-то на 2-х часовой сплав по порогам вместе с группой отчаянных туристов. И это желание преодоления помогало поверить в благополучный исход путешествия. А наблюдение живописных берегов и вовсе дарило душе гармонию…

Но Океан… у него не было берегов. Именно это и смутило её – как же быть без привычных берегов? Как научиться сознанию стать шире знакомой c детства реки?

 

 

ТАЙНА ЛЕТНЕГО ПОЛДНЯ

В пространстве после дождя неожиданно прозвучало стихо-Творение – нежное, прозрачное, звонкое. Ещё не совсем уверенное в себе, недавно вспорхнувшее с листа и признававшееся в любви Осени. И, о чудо! – словно бабочки, замелькали всюду отражения, окрасившие летний полдень золотистыми оттенками. Те, кто их породил, улыбались, удивлялись, покачивая головами, издавали междометия. В эти считанные мгновения ими было забыто всё на свете. В пространстве после дождя и в сердцах царило только эхо стихо-Творения. Мгновения были крепко сцеплены с эхом и теми, кто его переживал. Они замерли, чувствуя настоящее величие – мгновения наполняли собою Вечность.

 

Отражения между тем рассказывали друг другу то, что те, кто их породил, только ещё пытались осмыслить, уложить в слова впечатлений, украсить чувствами. Ведь у отражений свой язык – отголоски, блики, шёпоты листьев и трав, порывы ветерка, дрожь на воде и т.д. И живут они своей особенной жизнью. Мало кто обращает на них внимание, думая, что все они – второстепенны и неразумны. Те, кто их породил, постепенно изменились. Восхищение на лицах сменилось озабоченностью и другими эмоциями. Эхо стихо-Творения легло в свободную ячейку памяти и умолкло. Зажужжали в карманах и сумках телефоны, зазвучали бессвязные слова. Те, кто их произносил, разбрелись по тропинкам парка и скрылись за его пределами. Летний полдень свернулся улиткой и уполз в тень старого вяза, где сладко посапывал вечер. Там, в вечернем сне, тени носились за счастливыми отражениями, пытаясь подслушать их тайну.

 

Отражения витали по парку до самой ночи, сохраняя ту радость, что всколыхнула их, придала лёгкость и подвижность. Лунный свет принял их в свои ладони и подбросил выше, насколько хватило сил. Ночь прикладывала палец к губам и шептала «Тише!» смеющимся звёздам.

 

Дальше судьба счастливых отражений неизвестна. Однако вскоре в том парке показалось из-под земли немало побегов деревьев, которые никто не сажал.

 

 

МЛАДЕНЦЫ

Мы в гостях у Крыловых, приехавших два года назад из Москвы и поселившихся в селе Мульта. С порога чувствуем атмосферу праздника и видим, что всё пространство дома светится. Молодожёны улыбаются, приглашают в комнату. Мы идём, не переставая удивляться тому, как же всё сияет! Наполняемся радостью. Юля, чуть поодаль, начинает хлопотать у праздничного стола, а Алексей настойчиво ведёт нас к письменному, желая что-то показать.

 

На ходу окинув взглядом Юлю и обеденный стол, стараюсь понять, что же происходит? Хозяйка, как нимфа, в лёгком золотистом одеянии, перехваченном под грудью лентой. Как всегда, мило улыбается, светлые волосы уложены волнами. Что-то ставит на стол… Такой стол можно увидеть разве что в замке XVIII или XIX столетия. Это оплот торжества – белая скатерть, белый тонкий, почти прозрачный, фарфор, столовое серебро; в витых подсвечниках высокие свечи, увитые серебристым серпантином; льняные салфетки с вышивкой… Наверное, в вазах лежат сладости и фрукты, но различить что-либо трудно, всё залито светом, с бирюзовыми оттенками в некоторых местах и золотыми бликами на бокалах. Трудно оторвать взгляд: вместе с хозяйкой всё это выглядит шедевром дизайнерского искусства, пронизанным лучами радости. «А, скоро Новый год!» – мелькнуло в голове.

 

Алексей удивляет не меньше. Он берёт со своего стола огромные фотографии и показывает нам. На фотографиях – младенцы! Они ещё не родились, с закрытыми глазками, но какой-то хитроумной современной техникой их сумели сфотографировать. Для чего? Может быть, для того чтобы изучать их состояние перед рождением? И это действительно заслуживает большого внимания и не одной диссертации. Рассматривая фотографии, замечаю, что младенцы не свёрнуты «калачиком» как должно, а почти выпрямлены, жесты маленьких ручек обращены к кому-то. Может, к будущей судьбе? Я начинаю чувствовать их состояние. Это ожидание Прихода, волнения и надежды на ласковое обращение, понимание взрослыми их миссии на земле. Ведь дети приходят для каких-то серьёзных дел!

 

На некоторых фотографиях младенцев по двое – они почти обнимают друг друга, склонив головки и соприкасаясь щёчками, словно обмениваясь важными мыслями. На немного сморщенных личиках различные эмоции – озабоченности, беззащитности, умиротворения, блаженства… Чувствую прилив материнской нежности, словно вступаю с младенцами в контакт. Хочется понять каждого и принять, и оберечь.

 

Вдруг что-то заставляет меня обернуться, и я вижу очаровательного светловолосого малыша. Он стоит на своих ножках, прижимаясь к Юле, и смотрит на меня. Так вот она – причина торжества! «Ему, наверное, годик», – думаю я, улыбаюсь и «зову» его руками, одновременно думая о том, может ли такой малыш понимать мои жесты. А он понимает и бежит, смеясь, ко мне. Я беру его на руки и… просыпаюсь.

 

Боже, так это сон! Нет, нет – скорее обратно. Не открывая глаз, пытаюсь вернуться в сияющий дом. Почти получается: так же чётко всё вижу, но как будто за стеклом. Алексей и Юля забавляются с малышом, среди белого фарфора загораются свечи, а с письменного стола взывают своей неразгаданностью фотографии младенцев…

 

Через день Юля родила девочку. Назвали Еленой. Елена – в переводе с греческого – факел. Да, придя на землю в самый короткий день года, когда солнце, не успев заглянуть во все окна, прячется за вершину горы, и со склонов спускаются сумерки, малышка осветила своим приходом не только пространство своей семьи, но и всей Долины. А сколько ещё младенцев пришло на землю в эти дни?

 

Теперь я поняла, почему фотографии были такими большими – младенцы на них предстали моему взору во весь свой рост и вес!

 

В статье философа-публициста Григория Померанца я как-то прочла такие строки: «Бог легко входит в беззащитное сердце младенца, но чаще всего покидает его вместе с детством». Не потому ли все младенцы воспринимаются нами, как ангелочки? Что сделать, чтобы Бог не покидал человеческое сердце и за порогом Детства?

 

 


№58 дата публикации: 17.06.2014

 

Оцените публикацию: feedback

 

Вернуться к началу страницы: settings_backup_restore

 

 

 

Редакция

Редакция этико-философского журнала «Грани эпохи» рада видеть Вас среди наших читателей и...

Приложения

Каталог картин Рерихов
Академия
Платон - Мыслитель

 

Материалы с пометкой рубрики и именем автора присылайте по адресу:
ethics@narod.ru или editors@yandex.ru

 

Subscribe.Ru

Этико-философский журнал
"Грани эпохи"

Подписаться письмом

 

Agni-Yoga Top Sites

copyright © грани эпохи 2000 - 2020