Грани Эпохи

этико-философский журнал №80 / Зима 2019-2020

Читателям Содержание Архив Выход

Владимир Калуцкий,

член Союза писателей России

 

Бунт под стеклянным небом

Говорят, что есть намоленные места. Церкви, Погосты. Знают, что есть места проклятые. Омуты, зáмки, сумеречные графские развалины.

Вот о знаменитом старом поместье я и расскажу теперь.

И начну издалека. В 1862 году князь Николай Борисович Юсупов купил у знаменитых венецианских стеклодувов невероятных размеров зеркало. Поле его являло плоскость, составленную семью аршинами ширины и двадцатью одним аршином длины. Толщина стекла составляла шесть дюймов. Изначально зеркало готовили в канцелярию Папы Римского. Но когда понтифик узнал цену, он открестился от зеркала.

Князь Николай Борисович за ценой не постоял. Вместе с земляком, знаменитым архитектором Людвигом Людвиговичем Мысловским они осмотрели стекло, и Мысловский приговорил:

- Для Вашего весёловского дворца самое онó, князь. Я лишь внесу некоторые изменения в проект, и зеркало станет украшением имения.

Для перевозки стекла из Италии в воронежское имение Весёлое князь снарядил особую экспедицию. Он купил лошадей и нанял возчиков. Под зеркало приготовили жёсткое деревянное ложе, расположив его сразу на восемь телег, закреплённых одна за другую. Тянули упряжку шестнадцать лошадей. Этой странной и нелепой конструкции предстояло преодолеть чуть не три тысячи вёрст через горы, по мостам и топям.

А сам князь уехал налегке. В России началась крестьянская реформа, и его присутствие требовалось во многочисленных имениях.

В марте, перед самым началом полевых работ князь прибыл в Весёлое. Он накоротке переоделся в недостроенном дворце, распёк за нерадение десятников и во двор имения велел скликать своих крепостных.

Надобно запомнить, что крепостные к тому времени имели свои личные земельные наделы, юридически принадлежащие помещику. Реформа 1861 года высвобождала крестьян из личной зависимости и закрепляла приусадебные участки за общиной. Но при этом участки эти подлежали постепенному выкупу. И все наделы бывших крепостных включались в земский земельный фонд. То есть - у крестьянина исчезал закреплённый надел. Как и у государственных крестьян до того, бывшие крепостные включались в систему чересполосицы. Иначе - каждый год, по жеребьёвке, они получали кусок земли, на котором в прошлом году работал кто-то другой. А твой прошлогодний участок уходил иному хозяину.

То есть - что произошло с весёловскими крепостными по александровской реформе? Они перестали быть имуществом помещика, но становились полностью зависимыми от сельской общины. Раньше за право владеть землёй они работали на барских угодьях. Теперь за то же самое они обязаны были долгие годы выплачивать князю денежный выкуп.

Если это отмена крепостного права, то довольно лукавая.

И вот что предложил князь своим вчерашним крепостным:

- Господа мiр! - начал он, стоя на крыльце при Андреевской ленте и звезде, рядом с мировым посредником Огуречным. - Вы долгие годы верой и правдой служили моим родителям и мне. И было бы подлостью с моей стороны теперь наживаться на вашем незнании. И, чтобы разойтись без обмана, предлагаю вам свой способ выхода из крепостной зависимости.

И князь сделал то, за что весёловцы благодарили потом Юсуповых до самой революции.

А поступил он так. По приговору мiра с каждым хозяином бывшего крепостного подворья князь заключил договор аренды. То есть - он освободил крестьян от выкупа за землю, но оставил её за собой и раздал мужикам же на правах аренды. То есть - князь показал кукиш общинному крестьянству. Ему удалось сохранить помещичьи земли единым клином, не подвергать его изнурением чересполосицей.

И до того на селе было как бы два крестьянских мiра - государственные хлебопашцы и владельческие, помещичьи крестьяне. Теперь же в Весёлом возникли как бы два лагеря по способу обработки земли - общинный и ещё один общинный, но на закреплённых землях.

Это сразу раскололо село. И до того община судилась и самозахватывала юсуповские земли. Теперь же, по реформе, община уже видела помещичьи угодья своими.

И князь их объехал на вороном коне. Село поволновалось, и притихло. Но уголёк подспудно тлел, и дымком пахло в воздухе постоянно.

А князь оставил после себя молодого управляющего Варравку, и уехал по своим делам.

Деятельный Варравка занялся достройкой имения. Он точно и вовремя выполнял все распоряжения архитектора Мысловского, который задержался в имении до окончания стройки.

Надо сказать, что Мысловский был лучшим русским архитектором ХIХ века. Его здания украшали городские площади, именно он воздвиг комплекс портовых сооружений во французском городе Ницца. Богатейшие русские вельможи заказывали ему проекты сельских усадеб.

Так Людвиг Людвигович оказался и в Весёлом. Он понял, что в самом селе закладывать дворянское гнездо неразумно. Долго выбирал ландшафтную основу и разбил разметку в удивительном месте у озерца, на краю дубовой рощи.

Крепостные в десяток лет воплотили на местности всё, что архитектор начертал на бумаге.

А к Троицину дню того же года в имение привезли то самое зеркало, что сам Мысловский заботливо укладывал на подвижной помост ещё в Венеции. Итальянских возниц, изрядно угостив и заплатив за труды, отправили на Родину. Потом местные балагуры утверждали, что кучерявые дети, родившиеся через год, «лопочут по-итальянски», но мы этого подтвердить не можем. Зато свидетельствуем, что громадное зеркало заняло всю стену новенького вестибюля княжеского дворца.

И в этом зеркале отражалась вся жизнь великосветского дома. Взросление детей, криолины дам, мерцание свеч на глянцевой крышке рояля. Ему, зеркалу, показывал язык маленький Феликс. Тот самый, что станет убивать потом сумеречного Гришку Распутина…

В 1905 году искра выкатилась из-под спуда и воспламенила Весёлое. Здесь случился чуть не самый крупный крестьянский бунт в России. Его подняли общинники-чересполосовцы, дорвавшиеся, наконец, до княжеского добра. Не стану описывать бунта. Скажу лишь, что на спад он пошёл не тогда, когда в селе появились казаки. И даже не тогда, когда с карательной командой в село прибыл сам губернатор Андреевский.

Бунт схлынул, когда крестьяне ворвались в княжеский дворец.

Они увидели зеркало…

Нет, неверно.

Они увидели в зеркале себя. Разъярённых, пьяных, в крови, лаптях и с дубьём. Они увидели зверей, грозивших уничтожить их же.

И зеркало было разбито на мелкие кусочки. Как в сказке Андерсена, кусочки стекла попали в глаза бунтовщикам, и кривой мир для них стал выглядеть нормальным.

Бунтовщики разбегались, унося осколки зеркала. Каждый тянул кусок на подворье, и в несколько дней по весёловским хатам засверкало солнце, отражённое во вмурованном в глиняную стену расколотом венецианском шедевре. Собственно, бунтовщиков потом и брали по этому признаку: есть в хате осколок юсуповского зеркала - пшёл под суд!

 

* * *

 

А ослеплённое зеркалом село в советские годы почти разгромило изумительное помещичье имение. Много годы на месте архитектурного ансамбля был пионерский лагерь, нынче там «мерзость запустения».

У воды с удочкой дремлет кучерявый мальчик. Я опускаюсь на корточки рядом, покусываю травинку:

- Знаешь, что было сто лет назад на этом месте? - спрашиваю мальчика.

- Знаю! - оживает тот. - Клёв хороший был!

 

 


№54 дата публикации: 07.06.2013

 

Оцените публикацию: feedback

 

Вернуться к началу страницы: settings_backup_restore

 

 

 

Редакция

Редакция этико-философского журнала «Грани эпохи» рада видеть Вас среди наших читателей и...

Приложения

Каталог картин Рерихов
Академия
Платон - Мыслитель

 

Материалы с пометкой рубрики и именем автора присылайте по адресу:
ethics@narod.ru или editors@yandex.ru

 

Subscribe.Ru

Этико-философский журнал
"Грани эпохи"

Подписаться письмом

 

Agni-Yoga Top Sites

copyright © грани эпохи 2000 - 2019